японских туристов увидела семью редких для Японии животных и
пришла в замешательство, поскольку долго никто не мог вспомнить их
название. Потом «слово было найдено», кто-то крикнул yagi, после чего
туристы успокоились и долго повторяли забытое и восстановленное в
памяти слово: yagi означает (домашняя) коза; козел’. Роль же рыб и
морепродуктов в японском пищевом рационе и в японском хозяйстве не
требует объяснений.
Однако Хага Ясуси указывает и на то, что японский язык богат
названиями птиц, насекомых, цветов [Haga 2004: 187]; он же отмечает,
что в японском языке в отличие от западных редко говорят о цветах
вообще, предпочитая говорить об отдельных видах цветов [Haga 2004:
50–51]. Цветы в Японии входят в материальную культуру: цветоводство
там издавна развито. Но насекомые и дикие птицы хозяйственного
значения не имеют, однако особый к ним интерес заметен: пластинки,
магнитофонные кассеты, а теперь DVD с записями голосов птиц в Японии
всегда популярны (в отличие, скажем, от России). Показательны и
приводившиеся выше высказывания Цунода Таданобу о том, что лишь
японскому мозгу доступны голоса птиц и насекомых: при всей их
фантастике они отражают то значение, которое придается в японской
культуре этим голосам. Xага Ясуси также отмечает, что для американца
или европейца писки насекомых сливаются в надоедливый шум, но для
японцев они дифференцируются [Haga 2004: 51].
Как отмечал Киндаити, в японском языке богата лексика,
связанная с погодой, с сезонами года, весьма дифференцированы
названия рельефа и морских просторов. Вот, например, стандартный
даже для современной Японии эпистолярный жанр «сезонных
приветствий» (jikoo no aisatsu), см. специальное их исследование
[Бессонова 2003]. Каждый месяц традиционного японского календаря
делится на две части и получается 24 слова для обозначения сезонов.
Например, период с 6 по 19 января именуется shookan ‘сезон вторых по
суровости холодов’, период с 20 января по 3 февраля – daikan ‘сезон
самых суровых холодов’, период с 6 по 20 мая – rikka ‘начало лета’.
Указанный эпистолярный жанр (специальное письмо или фрагмент
письма, в том числе делового) связан со стандартным выражением
эмоций по поводу наступления того или иного сезона; если сезон
неприятен своей погодой, то передается сочувствие. Письма такого рода
имеют в зависимости от сезона специальные именования: kanchuu-mimai
‘письмо сочувствия в связи с наступлением сезона холодов’, shochuu-
mimai ‘письмо сочувствия в связи с наступлением сезона жары’ и т. д.
При этом не обязательно, например, в случае shochuu-mimai собеседник
на самом деле страдает от жары: таков ритуал в связи с календарем. В
европейских культурах нет ничего подобного.
Роль времен года и их смены в японской культуре и японском
языке подробно описывает Xага Ясуси. Он отмечает, например, такой
случай. В Германии висела реклама одежды, соответствовавшая времени
года, затем время года сменилось, а рекламный плакат остался прежним,