Активно развивалась посредническая торговля. Так, некоторые изделия находили более чем в 1000 км от места, где они были сделаны. Места произрастания или добычи того или иного продукта часто были четко локализованы. Это мог быть диорит, который использовался для производства топоров; охра — для раскраски тела; пичери — растение, из листьев которого производили наркотик, и др.
Фигура странствующего «торговца» считалась неприкосновенной. У австралийских «купцов» существовали специальные «посланнические жезлы», по которым их легко можно было узнать.
Со времени неолита активизируются обменные операции. Еще задолго до того как происходит третье общественное разделение
труда* и выделяются как социальный слой собственно купцы, племена «делегируют» своих членов на известные и малоизвестные им территории для добычи/обмена необходимых товаров.
В доисторические времена наши предки, «путешествуя», в основном руководствовались внешней мотивацией, т.е. объективными причинами, главной из которых было — выживание. Человек в те далекие времена был практически полностью зависим от природы. Любые природные изменения могли стоить жизни. Уничтожение конкретных животных и растений не подлежало восстановлению в эпоху палеолита и мезолита, люди еще не знали скотоводства и земледелия. Зачастую единственно возможным выходом из кризисной ситуации был исход из родных мест в надежде найти что-то лучшее.
А была ли внутренняя мотивация у людей, чья жизнь, полная опасностей, давала им не много времени для досуга?
Да, была. Австралийские аборигены по уровню своего развития в начале XX в. находились на неолитическом уровне. Европейские этнографы зафиксировали следующие характерные черты их жизни: «…Взаимные визиты и гощения представляют собой очень яркую и характерную черту быта всех австралийских племен. Визиты наносят друг другу разные группы даже тогда, когда они обитают очень далеко одна от другой. Эти визиты совершаются как целыми группами, так часто и отдельными лицами. Австралийцы предпринимают целый обход с визитами, которые продолжаются от нескольких недель до нескольких месяцев. Бывает, что какой-нибудь группе приходится провести в пути целую зиму, чтобы дойти до мест назначения» [6].
Принятие и хождение в гости можно характеризовать именно как внутреннюю мотивацию. Так, например, когда созревают плоды какого-либо дерева, растущего в местности, занятой одной группой, то со всех сторон собираются представители других племен, которые беспрепятственно допускаются хозяевами для сбора плодов. На примере туземцев северного Квисленда исследователи неоднократно могли наблюдать следующее: если на территории племени было изобилие какого-либо продукта, то для сбора или охоты приглашали соседей. Вообще, если запасов пищи было более чем на один день и ее не могли съесть, то приглашали соседние племена: если они находились на расстоянии 2,5 — 3,0 км — то специальными повторяющимися криками, а если дальше — то в определенных местах зажигали костры.
Выделение племен с производящим хозяйством (земледелие и скотоводство) из общей массы других племен привело со временем к первому общественному разделению труда: оседлое земледелие и кочевое скотоводство. Второе общественное разделение труда — отделение ремесла (кузнечного, гончарного, ткачества), когда шло производство изделий для обмена или продажи от других занятий, прежде всего важнейшего из них — земледелия.
Уже в неолите (а может быть, и раньше) стал складываться ритуал встречи гостей. Причем ритуал был различен для мужчин и женщин. Для того чтобы соседи могли отыскать племя, ушедшее со стоянки, на земле проводили борозду, направление и длина которой указывали, куда и на какое расстояние ушли хозяева. При этом надо отметить, что границы кормовых областей племен строго соблюдались.